Интерпол отказался объявлять в международный розыск основателя «Русской прессы» Евгения Кротенко

Генеральный секретариат Интерпола отклонил запрос российских властей о внесении в розыскные базы данных сведений об основателе издания «Русская пресса» Евгении Кротенко. Организация признала уголовное преследование журналиста политически мотивированным и запретила российским правоохранительным органам использовать свои каналы для его розыска.

Уголовное дело о вымогательстве 300 тысяч рублей у бизнесмена Сергея Вайнштейна за удаление публикаций против Кротенко и журналиста Сергея Шумакова было возбуждено в феврале 2026 года. В рамках расследования Шумакова отправили в СИЗО, а Кротенко заочно арестовали и объявили в розыск. В редакции «Русской прессы» уголовное дело связывают с многолетним конфликтом с челябинским управлением ФСБ и антикоррупционными расследованиями издания.

В подготовке аргументации для Интерпола помогала юрист и консул Антивоенного комитета Маргарита Кучушева. В разговоре с Port она пояснила, что Интерпол по умолчанию отказывает России, когда дело заведено по очевидно политическим статьям (таким как «фейки об армии»).

Однако если дело сфабриковано по другим основаниям, например, экономическим, для того чтобы оспорить включение в розыскные базы, юристам нужно подготовить большой пакет документов с доказательствами существования политической подоплёки дела.

«В случае с Кротенко, учитывая, что у него не политическая статья, мы собирали превентивный запрос в Интерпол. Как это делается? <…> Собираем полностью весь файл, который доказывает политическую основу кейса. В большинстве случаев это хронология плюс все доказательства, подтверждение системной оппозиционной деятельности, за которую человека хотят объявить в розыск и по которой было сфабриковано дело, и направляем запрос в Интерпол», — рассказала Кучушева.

На основании предоставленных доказательств комиссия Интерпола пересматривает дело и принимает решение не включать обвиняемого в свои базы розыска или исключить его, если ранее он уже успел в них попасть.  

«До них довольно трудно достучаться, им абсолютно без разницы. И это так устроено by design [намеренно — прим. ред.], потому что они должны выступать как независимая база данных. Они работают исключительно с правительственными организациями. То есть Интерпол — это больше про сбор данных. При этом они могут принимать запросы на поиск или снятие данных от любого юридически уполномоченного представителя или самого заявителя», — пояснила Кучушева.

Как рассказала консул Антивоенного комитета, правозащитники действовали по доверенности от самого журналиста. А статус НКО дал им доступ к работе с официальным рабочим разделом на сайте Интерпола, через который можно подать запрос на пересмотр кейса.

«Просто нужно понимать их бюрократию, знать, как они всё это компилируют и рассматривают, а также иметь опыт работы с Интерполом», — резюмирует она.

Правозащитница отметила, что Интерпол понимает, что число политически мотивированных дел в России неуклонно растёт, и разбирает все соответствующие обращения, направленные надлежащим образом. Работа по исключению политически преследуемых россиян из розыска — довольно трудоёмкая и длительная, однако вполне выполнимая, считает Кучушева.