Обвиненный в плагиате профессор Кэмбриджа Джейсон Ардей найден мёртвым

Вчера днём его обнаружили без сознания по адресу в Баттерси на юге Лондона. Полицию вызвали работники скорой примерно в 15:12. Мужчину признали умершим на месте.

«На данном этапе его смерть рассматривается как неожиданная, но не считается подозрительной», — заявили в полиции. Материалы должны быть переданы коронеру. Официальная причина смерти пока не установлена.

Семья Ардея после его смерти распространила заявление через его издателя Simon & Schuster UK. Родственники сообщили, что находятся «в шоке от потери этого замечательного отца, партнера, брата, дяди и сына».

По их словам, после назначения Ардея в Кембридж он более трёх лет подвергался «постоянным нападкам».

«Кампания дезинформации оказалась слишком тяжелой для Джейсона», — сказано в заявлении семьи.

Родственники также попросили прессу оставить их в покое и прекратить, по их словам, «кампанию преследования» Ардея и его семьи. Полиция при этом пока прямо не установила, что смерть уволенного профессора связана с публичным скандалом.

Вице-канцлер Кембриджского университета Дебора Прентис после сообщения о смерти Ардея заявила: «Мы глубоко опечалены этой трагической новостью». Она выразила соболезнования его семье и друзьям.

Ардей умер спустя девять дней после отставки с должности профессора социологии образования Кембриджского университета и отказа от стипендии в Колледже Иисуса из-за масштабного скандала. Причиной стали обвинения в плагиате и лжи о своей биографии.

Первые обвинения касались докторской диссертации Ардея. Он защитил её в Ливерпульском университете имени Джона Мурса в 2015 году. Анализ работы выявил более 100 фрагментов, напрямую скопированных из докторской диссертации Паулы Звоздяк-Майерс, которую та защитила в Лондонском университете Брунеля шестью годами ранее.

Некорректные заимствования обнаружил бывший кембриджский исследователь Натан Кофнас. Он проверил докторскую диссертацию Ардея программой для поиска плагиата и обнаружил, что в некоторых случаях Ардей копировал текст чужих диссертаций вместе с ошибками.

При этом сам Ардей обвинения в плагиате отвергал. Он утверждал, что  Ливерпульский университет уже рассматривал жалобы на его диссертацию и не признал плагиат или академическое мошенничество доказанными. По данным Guardian, выявленные проблемы комиссия сочла возможным результатом «добросовестной и объяснимой ошибки». Докторская степень Ардея осталась в силе.

Однако после публикаций о диссертации журналисты начали проверять другие исследования Ардея. Анализ The Times выявил несоответствия в данных о количестве и характеристиках участников исследований, повторное использование цитат и проблемы с описанием финансирования.

Так, в одной из работ Ардей указывал, что исследование основано на интервью с 17 участниками. Однако если сложить приведённую в статье разбивку участников по этническому происхождению, полу и роду занятий, получалось 18 человек. Кроме того, в тексте были приведены цитаты четырёх разных академических сотрудников, хотя в описании выборки говорилось, что среди участников были только три академика.

Аналогичная проблема возникла с этническим происхождением. В статье цитировались пять разных участников «смешанного происхождения», однако в заявленной выборке таких участников было только четверо. Кроме того, одна из цитат была приписана «участнику №21», хотя во всём исследовании, как утверждал сам Ардей, участвовали только 17 человек.

The Times также выявила случаи, когда одинаковые или почти одинаковые высказывания в разных публикациях приписывались людям с различными характеристиками. Так, в работе «Больше можно доказать и больше можно потерять: раса, расистский настрой и нестабильная занятость в сфере высшего образования» цитата, вынесенная в название, была приписана участнику №13, которого Ардей обозначил как азиатскую женщину, работающую академическим сотрудником. Однако двумя абзацами ниже «участник №13» внезапно стал чернокожой женщиной.

В интервью The Times Ардей отвергал обвинение в сознательном обмане. Он признавал, что в его работах есть «ошибки», но утверждал, что они не были доказательством намеренной фабрикации или мошенничества. Ардей обвинял своих научных руководителей в недостаточной поддержке во время подготовки ранних работ, а также оправдывал низкое качество научных статей своим аутизмом.

Вопросы возникли также к академической биографии Ардея. На странице Колледжа Иисуса утверждалось, что он был приглашённым профессором  Офиса по инклюзивности и разнообразию Университета штата Огайо и приглашённым профессором в Школе образования Университета Глазго. Журналисты Guardian обратились в эти университеты, и оба учреждения подтвердили, что Ардей у них не работал.

В биографических материалах также упоминалось, что Ардей — почётный профессор Университета Дарема. Руководство вуза также сообщило журналистам, что на момент проверки он там никакой должности не занимал.

Ардей заявлял, что получил магистерскую степень по «психодинамическим практикам» в Биркбеке, Лондонский университет. В собственной биографии он утверждал, что после выпуска из этого университета стал квалифицированным психотерапевтом. Журналисты Guardian проверили и это утверждение: оказалось, что в картотеке вуза нет данных о студенте по имени Джейсон Ардей.

Уволенный профессор также утверждал, что якобы опубликовал в издательстве Palgrave Macmillan книгу под названием «Быть молодым, чернокожим и мужчиной: бросить вызов доминирующему дискурсу». Издательство подтвердило, что получало предложение о такой книге, но сообщило, что в итоге она опубликована не была.

Подробный материал о лжи Ардея также выпустил журнал The Atlantic. Старший редактор издания Дэниел Энгбер поговорил со знакомыми, коллегами и издателями профессора и изучил его рассказы о себе. Он пришёл к выводу, что Ардей лгал не только об академических достижениях, но и об обычных обстоятельствах своей жизни, вплоть до событий из детства.

Так, расхождения были обнаружены и между ранним предложением мемуаров Ардея, которое он отправлял издателю, и окончательной версией книги. В первоначальном документе он писал, что незадолго до 16-летия его сбила машина, его сердце остановилось примерно на две минуты, после чего он почти два с половиной месяца провёл в коме на аппарате жизнеобеспечения. В этом же варианте утверждалось, что врачи предлагали семье отключить его от аппарата. В опубликованную версию мемуаров эта история не вошла.

В раннем предложении книги Ардей также писал, что во время комы пережил синдром запертого человека: не мог двигаться, но слышал разговоры окружающих. В окончательной версии книги этот диагноз не упоминался.

Там же Ардей рассказал о раке яичка, диагностированном в возрасте 34 лет. В опубликованных мемуарах этой истории тоже нет. Вместо неё Ардей писал о доброкачественной опухоли мозга.

Менялись и отдельные детали других эпизодов. В раннем варианте мемуаров Ардей писал, что в молодости якобы подвергся жестокому избиению из-за цвета кожи. Позднее обидчики якобы стали его студентами. При этом в изначальной версии истории они были на четыре года старше него. В опубликованной же книге говорилось, что нападавшим, как и самому Ардею, было по 18 лет.

Различалась версия истории о предсказании от гадалки, которое Ардей якобы получил во время поездки в Южную Америку. В раннем варианте говорилось, что в 2005 году женщина-шаман предсказала ему «великие и несчастливые события». В окончательной книге аналогичную фразу произносил сотрудник гуманитарной организации в Бразилии, а событие якобы произошло в 2006 году.

В мемуарах Ардей рассказывал и о попытке самоубийства, однако и этот эпизод отличается в письме издателю и окончательной версии книги. В первом варианте этот эпизод находился в разделе, посвящённом периоду с 2014 по 2019 год. В окончательной версии мемуаров Ардей относил его к периоду после пандемии коронавируса.

Журналисты проверяли и футбольную биографию Ардея. Он рассказывал, что несколько лет находился в системе футбольного клуба «Кристал Пэлас», в том числе выступал за команду до 18 лет, а затем около 12 лет играл на полупрофессиональном уровне. «Кристал Пэлас» сообщил, что необходимые архивы конца 1990-х и начала 2000-х годов не сохранились.

В биографиях Ардея также фигурировал рассказ о том, что он пробежал 30 марафонов за 35 дней. По его рассказу, во время этой серии у него произошел эпилептический приступ и была обнаружена трещина малоберцовой кости, после чего он продолжил участие и пробежал ещё девять марафонов.

Ардей также утверждал, что в детстве у него диагностировали аутизм и задержку развития, а врачи якобы говорили его матери, что он никогда не будет нормально разговаривать. По его версии, полноценно говорить он начал примерно в 11 лет.

При этом знакомые из детства опровергли его слова. Одноклассники профессора рассказали Guardian, что помнят Ардея говорящим. Один из них рассказывал, что тот шутил, изображал голоса и пел.

Ардей также утверждал, что помог собрать на благотворительность миллионы фунтов. После вопросов The Times Ардей уточнил, что речь шла о сборе средств в составе группы, а не о его индивидуальном результате.

Публикации СМИ заставили руководство Кембриджского университета пересмотреть свою позицию. Первоначально университет публично защищал Ардея и называл его «жертвой отвратительной кампании по подрыву его авторитета», однако 5 августа Кембридж объявил о новой проверке после получения, по его формулировке, «новой информации» об академических квалификациях и почётных должностях Ардея.

Университет также сообщил о получении нескольких жалоб на нарушения правил научной работы, которые допускал Ардей во время преподавания.

В тот же день Ардей подал в отставку. В своем заявлении он написал, что «непрерывные обвинения, предположения и публичные комментарии оказали глубокое воздействие» на него и близких.

«Наступает момент, когда личная цена становится слишком высокой», — написал он. При этом бывший профессор подчеркнул, что его отставку не следует воспринимать как признание предъявленных ему обвинений.

Он объяснял решение желанием вернуться к частной жизни и семье.

«Я хочу вернуть немного покоя, приватности и подобие обычной жизни», — говорилось в заявлении. В конце Ардей писал, что ему необходимо время на восстановление и что он рассчитывает в будущем вернуться к работе.