Основы нейрополитики

В конце июня певица Монеточка выпустила клип на песню «Монополия», которая прозвучала в новом фильме о Человеке-пауке. Ролик, стилизованный под VHS-клипы 1990-х, практически полностью создан с помощью генеративного ИИ: в нём нарядные персонажи танцуют на фоне Кремля, московских пробок и других образов постсоветской России.

Аудитории певицы клип не понравился. В комментариях Монеточку упрекали в неэтичности, так как генеративные модели могут обучаться на работах художников без их согласия, а также вредят экологии. Досталось и художнику, который генерировал ролики для клипа: выяснилось что он использовал эти же образы двумя годами ранее в другом проекте. На фоне критики Монеточка сначала удалила клип, однако позднее восстановила его.

ИИ стал инструментом не только для артистов. Он постепенно проникает в политику и меняет способы и формы коммуникации власти и общества. Port рассказывает, как российские и зарубежные общественные деятели научились не волноваться и полюбили нейрослоп.

Насколько использование ИИ в политике распространено?

Анализ речей парламентариев разных стран показывает, что народные избранники начали использовать большие языковые модели для написания речей практически сразу после того, как ИИ научился писать большие связные тексты.

Так, в сентябре прошлого года анонимный политический блог Pimlico Journal опубликовал статистический разбор стенограмм Палаты общин Великобритании, показавший заметное увеличение частоты слов и конструкций, характерных для ChatGPT.

Анализ охватил речи с 2007 по 2025 год. Методика заключалась в подсчёте отклонения годовой частоты слова или фразы от среднего значения в единицах стандартного отклонения.

Выражения вроде «I rise to speak» и «I rise today», а также о слова «underscores» и «streamline», стали использоваться в речах британских парламентариев гораздо чаще. Помимо отдельных слов, авторы фиксировали рост риторических приёмов: «правила трёх» (перечисление триплетов) и конструкции «not only X, but Y». В список характерных для ИИ слов также попали «navigating» и «bustling».

Как заявили авторы исследования, эти приёмы использовались в палате и до выхода ChatGPT, но с тех пор их частота устойчиво росла и теперь значительно превышает средние значения. По подсчётам, приведённым The Telegraph, к сентябрю 2025 года фраза «I rise to speak» была зафиксирована 635 раз против 231 за весь 2024 год.

В этом году исследователь Илиас Мофаддел аналогичным образом проанализировал речи членов американского Конгресса. Он отобрал четырнадцать слов и две синтаксические конструкции, характерные для ИИ и отследил их в 4 500 случайно выбранных документах из отчёта о дебатах и заседаниях Конгресса США за 2014–2025 годы общим объёмом около 135 миллионов слов.

Оказалось, что ИИ-речи гораздо чаще пишут в Палате представителей. Количество таких речей достигло пика в 2024 году и незначительно снизилось в 2025-м, оставаясь при этом «статистически повышенным» до сих пор.

Другой подход применили исследователи из Технического университета Чалмерса и Эдинбургского университета Нейпира. Они сначала обучили алгоритм на парламентских текстах, написанных до появления ИИ, и их сгенерированных моделями версиях, после чего применили полученные маркеры к недавним материалам.

Выяснилось, что даже в парламенте Швеции доля текстов парламентских инициатив, сгенерированных нейросетями, выросла с 0,03% в сессию 2021/22 годов до 6,47% в сессию 2025/26 годов. А если считать документы, где хотя бы один абзац был помечен как ИИ, показатель за 2025/26 годы составил 9,43%.