Убийства: провалы и инсценировки
Слухи недели: дайджест непроверяемых новостей

Картонный Моджтаба. Фото: Kevin Coombs / Reuters / Forum
Спустя почти две недели после назначения на пост верховного лидера Ирана Моджтаба Хаменеи так не разу и не появился на публике. Анонимные источники кувейтского издания Al-Jarida утверждают: дело в том, что он лечится в Москве после ранения.
Моджтаба Хаменеи лечится в Москве — Al-Jarida
Кувейтская газета Al-Jarida со ссылкой на некие «осведомлённые источники» сообщила, что нового верховного лидера Ирана, преемника Али Хаменеи, отправили на лечение в больницу в Москве.
Как рассказали журналисты, Хаменеи доставили в Россию 12 марта на российском военном самолёте. По прибытии ему «провели успешную операцию», сейчас он проходит реабилитацию в частной клинике. Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков на брифинге 16 марта отказался комментировать эти сообщения.
Моджтаба Хаменеи занял пост главы Ирана 8 марта, после смерти его отца. Однако он был серьёзно ранен в результате одного из ударов США и Израиля: это подтвердил пресс-секретарь МИД Ирана Эсмаил Багаи.
В каком состоянии находится новый лидер Ирана, неизвестно. МИД страны утверждает, что он «в порядке», в то время как министр обороны США Пит Хегсет заявлял, что Хаменеи, «вероятно, изуродован» и находится в бегах. Британский таблоид The Sun утверждал, что он может быть в коме.
От имени Хаменеи публикуются официальные обращения к нации, однако доступны они в текстовом виде: с момента назначения на пост он ни разу не появлялся ни на видео, ни в аудио формате.
СВР предложила инсценировать покушение на Орбана — The Washington Post
Издание The Washington Post со ссылкой на документ, полученный от разведывательных ведомств одного из европейских государств, рассказало, что российская Служба внешней разведки предложила неординарное решение для кампании Виктора Орбана.
Как утверждают журналисты, Кремль очень обеспокоен падением рейтингов действующего венгерского премьера, и всячески пытается оказывать ему поддержку. Так, например, СВР предложила коллегам радикальные меры — стратегию, которую они назвали «Gamechanger».


